Глава сорок третья

Страница 5

Получивший задание от ростовских чекистов И. С. Погорелое признался Шолохову, что должен был «войти в доверие» к писателю, а затем заявить, что тот готовит восстание казаков. Далее должен был последовать арест и расстрел «при попытке к бегству». Узнав об этом, Шолохов тайно уехал в Москву и добился приема у Сталина в конце октября 1938 года.

Сталин поручил провести настоящее следствие и, убедившись, что поведанная писателем история правдива, сказал Ежову: «Выдающемуся русскому писателю Шолохову должны быть созданы хорошие условия для работы».

Так переплелись литература, политика и любовные страсти.

Но эта «салонная история» является всего лишь маленькой новеллой большой драмы под названием «Власть и культура». Подчеркнем, Сталин, высоко оценивая творчество Шолохова и помогая ему, никогда не верил в его стопроцентную лояльность, что в принципе отражает взаимоотношения нашего героя с культурой, которая в основном опиралась на традиционные духовные ценности. Это было похоже на взаимоотношения Сталина с Церковью, академиками, специалистами, бывшими царскими офицерами.

Позицию Сталина (культурологическую) можно проиллюстрировать стихами Эдуарда Багрицкого: Он вздыбился из гущины кровей,

Матерый желудочный быт земли. Трави его трактором. Песней бей.

Лопатой взнуздай, киркой проколи! Он вздыбился над головой твоей —

Прими на рогатину и повали.

Традиционная Россия уступила этому напору, но Сталин не верил, что она может быстро смириться.